Рассказы и истории
Анька
Ей казалось, что она танцует в каком-то безумном танце...
«Блин, сегодня же колхоз», - вспомнила Анька, едва проснувшись, - «А что там за погода?» Анька раздвинула шторы и онемела от ужаса: в окно на нее смотрел какой-то мужик с вылезшими из орбит глазами. «Мама», - прошептала Анька, а потом зашлась мучительным визгом. Прибежала мама, потом соседи, вызвали скорую и милицию.

- Иркин любовник, - перешептывались соседи, стараясь не смотреть на Ирину, Анькину мать, - ишь ты, пока муж то в море, у нее любовники вешаются. Анька видела, как через дорогу к школе тянулись ученики, собирались в кружки и о чем-то переговаривались. Самые смелые подходили прямо к дому посмотреть на работу следователей и судмедэкспертов. Прибежал Колес, Колесниченко Андрей, ее парень, но мать его не впустила. Анька не могла с ней спорить, после укола фельдшера скорой она сидела на кровати, тупо глядя на точку на стене и раскачиваясь вперед-назад. Попробовала подойти к матери, но та ей только крикнула: «Не лезь не в свое дело», - мучимая страхом за скорый приезд мужа.

Аньке Кошелевой, веселой, красивой, пухленькой девушке было 14 лет. Она очень гордилась, что у нее уже был свой парень, на 2 года старше и Анька чувствовала свое превосходство над неудачницами — ровесницами. Училась она плохо, с мамой вечно ссорилась, папу почти не видела. Папа привозил маме красивые шмотки и косметику, которую Анька потихоньку тащила из маминых запасов. Аньке от него доставались жвачки и подзатыльники, которые он щедро раздавал ей за многочисленные двойки. Одежду Аньке уже не покупали, мать отдавала ей свою, благо Анькина пухлая фигурка уже позволяла ей носить взрослые размеры. Колес, ее парень, был единственной отдушиной в ее жизни и еще подружки – Аня Николаева и Марина Лебедь – уже сформировавшиеся округлые девушки, у которых тоже были парни из параллели Колеса.

Они часто встречались все вшестером на веранде в детском садике, там можно было укрыться от дождя и от взглядов прохожих. Там они курили, целовались, иногда появлялась бутылка дешевого вина, которое они принимали тогда за крутейший напиток.

-У меня день рождения через две недели, айда на турбазу?, - Колес возбужденно смотрел на друзей, что они скажут?

- О, супер, - Аня Николаева закружилась на веранде, - с ночевкой?

-Конечно, я возьму жрачки и бухла, будет весело!

- А меня могут не отпустить, из-за этого мужика повешенного, - тоскливо сказала Анька, - мать не в себе совсем, не знает, что сказать папаше, когда он приедет и меня затрахала совсем.

- Ну, мы тогда без тебя поедем,- Колес снял Аньку с колен, - что же мне день рождения не праздновать?

На день рождения Аньку не отпустили, и в пятницу вся компания отчалила без нее. «Надо хотя бы подарок Колесу подарить», с отчаянием думала Анька, он хотел блок сигарет Лайки страйк. Денег не было, и Анька решила раздобыть их единственным способом, который она знала. Во время урока она отпросилась и пошла в гардероб. Там, делая вид, что ищет свою куртку, она залезала в карманы чужих пальто и курток, в надежде выудить там мелочь или даже добычу покрупнее. Но кроме смятых талончиков и пуговиц ничего не попадалось. Она переходила от куртки к куртке, но ничего. Тогда она решилась залезть в учительский гардероб. Там можно было бы разжиться чем то покрупнее, но и риска было больше.

-Воровка, смотрите, воровка, - техничка кричала на всю рекреацию и тащила упирающуюся Аньку в учительскую. В тот раз обошлось, Анька плакала, давала обещания, что это больше не повторится, говорила, что деньги нужны для больной мамы.
В воскресенье вся компашка вернулась из поездки на турбазу, но к Аньке никто из них не зашел. В понедельник подружки прятали глаза от Аньки и, наконец, потом сказали, что у Колеса кто-то есть. Возмущенная Анька на перемене побежала его искать.
-Ну да, я теперь с Наташей Зайцевой, - Колес был непреклонен. Анька плакала, умоляла, пыталась даже симулировать обморок, ничего не помогало. Ей казалось, что душа покинула тело, что ничего больше не осталось, жизнь кончилась.

На дискотеке к Аньке подошел Малой, спросил,
-Что такая грустная?
-Парень бросил, - пожаловалась Анька.

- И всего — то? Да у тебя парней будет, до Москвы раком не переставить. Вот возьми, запей водкой, - Малой протянул Аньке две зеленые таблетки. Она послушно взяла их, хлебнула водки из пластикового стаканчика, подавилась и долго кашляла. Перед глазами все поплыло, а на сердце стало спокойно и весело. Ночевала она у Малого.

Покатилась жизнь Анькина в тартарары. Ей казалось, что она танцует в каком-то безумном танце. Она кололась, торговала собой и какой-то шмалью, ночевала по квартирам и подвалам. Все это сонной одурью затмевало ей мозг, куда только иногда приходили мечты родить ребеночка. Ее роскошное тело высохло и пожелтело, в школу она больше не ходила.

Через год, когда она делала аборт, врач сказал ей, что у нее ВИЧ. Мама выперла ее из квартиры. Все знакомые пытались обойти ее стороной подальше. А если сталкивались с ней лоб в лоб, жалостливо отводили глаза и следили, как бы к ней не притронуться.
Умерла Анька весной, когда цвели каштаны. Хоронили ее в белом платье. На похороны почти никто не пришел.
Made on
Tilda